В Севастопольском городском суде началось и закончилось рассмотрение уголовного дела в отношении 45-летней жительницы города Ольги Цирик, которую за одно заседание признали виновной в государственной измене. Судьей определено наказание в виде 16 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на срок один год после отбытия основного срока и штрафом в размере 200 тысяч рублей.

Согласно обвинительного заключения, якобы Цирик в 2023 году, находясь на территории  Севастополя, по собственной инициативе установила в одном из интернет-мессенджеров связь с представителем спецслужб вооруженных сил Украины с целью конфиденциального сотрудничества. По его указанию она проводила фотографирование и собирала сведения о местах расположения подразделений, техники и военных объектов ВС РФ, кораблей военно-морского флота, а затем передавала эти данные ГУР МОУ для использования против безопасности Российской Федерации.

Ранее сообщалось, что Ольга Цирик более года содержалась инкоммуникадо в специальной тюрьме ФСБ на базе СИЗО-2 Симферополя. Также после оформления ее официального задержания в подконтрольные российским спецслужбам медиа попали скриншоты ее переписки в WhatsApp, где среди негативных высказываний была фраза “может травануть всю эту шоблу?”. Уже тогда пропагандисты позиционировали женщину, как преступницу, которая вынашивала планы отравить участников российской военной агрессии.

Процесс в отношении нее прошел с многочисленными нарушениями стандартов доступа к справедливому правосудию. В частности, в ходе наблюдения за этим процессом было отмечено, что суд принял меры к сокрытию данных о подсудимой, а также даты и места оглашения приговора, который согласно нормам уголовно-процессуального права всегда должен оглашаться публично. На момент появления сведений от пресс-службы Прокуратуры, в учетной карточке дела не было отмечено, что на эту дату назначено оглашение приговора и не указаны время, а также номер зала заседаний. Это стало существенным препятствием для обеспечения гласности судопроизводства, в частности, возможности слушателям присутствовать на оглашении приговора.

Также важно обратить внимание, что председательствующим в процессе был Игорь Кожевников — российский судья, который был переведен из Смоленска после оккупации Крыма и незаконно осуществляет правосудие на оккупированной территории. Участие в процессе российского судьи Кожевникова ставит под сомнение независимость и непредвзятость суда. Кроме того, что судья является гражданином страны, которая оккупирует территорию, на которой проживала подсудимая, это уже по меньшей мере четвертый по счету судебный процесс судьи Игоря Кожевникова в делах об особо тяжком преступлении (государственной измене), который рассматривается в аномально короткий промежуток времени. Согласно карточке дела, суд назначил первое заседание по делу в 10 утра, а спустя 1 час и 45 минут новость о приговоре уже была опубликована на страницах прокуратуры города Севастополя.

Представляется сомнительным, что за такой короткий период суд был в состоянии полноценно выполнить все неоходимые этапы судопроизводства, которые включают установление личности подсудимой, оглашение состава суда, разъяснение прав и регламента, уточненение по отводам и ходатайствам, открытие и закрытие судебного следствия, октрытие и закрытие стадии прений, заслушивание последнего слова, удаление в совещательную комнату, постановление приговора и его оглашение. Маловероятным выглядит предположение, что судья Игорь Кожевников имел возможность в такой короткий промеуток времени выполнить все необходимые требования судопроизводства и при этом, находясь в совещательной комнате успеть объективно и всесторонне изучить материалы дела, включая обстоятельства, влияющие на характер наказания, а затем вынести справедливый приговор. При этом следует учесть, что в этот же временной интервал представитель прокуратуры еще должен был успеть передать эту информацию в соответствующее подрозделение, а там — подготовить и опубликовать текст информационного сообщения и три фотографии к нему.

Такой подчеркнуто формализированный подход судьи и синхронность взаимодействия с прокуратурой может указывать на спланированное и согласованное еще до начала судебного процесса решение. Сам судебный процесс в этом случае выглядит лишь формальной процедурой без каких-либо возможностей и намерений устанавливать истину.

Не менее скоординированной выглядит кампания по освещению приговора в российских СМИ. Зафиксировано не менее 6 публикаций в разных медиа, единственным источником осведомленности которых выступила крымская прокуратура. Комментарии самой Ольги Цирик, ее адвоката или слушателей, присутствующих на процессе ни в одном российском СМИ представлено не было.