Южный окружной военный суд завершил рассмотрение уголовного дела в отношении жителя Севастополя Александра Маляренко, который был обвинен по восьми эпизодам статьи об оправдании терроризма и семи эпизодам публичных призывов к экстремистской деятельности. Как следует из сообщения пресс-службы суда в апреле 2024 года, а также зимой и весной 2025 года подсудимый разместил в общедоступных группах в соцсети высказывания, содержащие «оправдание деятельности вооруженных формирований Украины», а также призвал к насильственным действиям в отношении граждан Российской Федерации. По итогам рассмотрения суд назначил наказание в виде пяти с половиной лет лишения свободы.
Показательно, что к оправданию терроризма судом отнесены высказывания, связанные с ведением боевых действий. В частности, подсудимому поставлено в вину одобрение: нанесения авиационных и ракетных ударов по территории Российской Федерации, пересечения украинскими военными российской границы и вторжения на территорию Курской области, а также призывы к нанесению авиационных, артиллерийских ударов, обстрелов ракетами и беспилотными летательными аппаратами по территории г. Севастополя, Республики Крым и территориям Российской Федерации.
В деле зафиксированы существенные нарушения принципа гласности и публичности как в части самого судебного процесса, так и оглашения приговора. В частности, суд принял меры к сокрытию данных о подсудимом, что затрудняло возможности узнать о месте и времени оглашения приговора. Кроме того, дата и время оглашения приговора, который согласно нормам уголовно-процессуального права всегда должен оглашаться публично, были указаны незаблаговременно (вечером дня накануне приговора), а место проведения заседания на сайте указано не было.
Кроме того, пресс-служба суда не раскрыла деталей содержания текстовых сообщений с лингвистическими и психологическими признаками оправдания террористических действий, что исключает возможность убедиться в том, насколько обвинения действительно касались «признания идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». Также не представляется возможным достоверно установить, не являлись ли эти высказывания связанными с анализом причин или историческими событиями.
Особое внимание обращает на себя тот факт, что уголовное дело в отношении жителя оккупированного Севастополя рассматривалось не в суде на оккупированной территории, как того требует Международное гуманитарное право, а в Южном окружном военном суде, который находится в российском Ростове-на-Дону. Участие в процессе российского судьи Гургена Довлатбекяна ставит под сомнение независимость и непредвзятость суда, так как дело касается публичного выражения мнения о вооруженном конфликте, в котором одной из сторон выступает страна, гражданином которой является судья, а второй — страна, действия которой поддерживал подсудимый.
Также дело является ярким доказательством тезиса о том, что российская судебная система игнорирует факт международного вооруженного конфликта. Законное и естественное право Украины на самооборону от военной агрессии российской армии судом интерпретируется как террористическая деятельность в отношении российского государства. Такая трактовка противоречит международным представлениям о терроризме, закрепленным в Шанхайской конвенции.
Практика игнорирования международного вооруженного конфликта детально описана в совместном исследовании «Відмова у праві на справедливий суд як міжнародний злочин під час війни Росії проти України: контекст, практика, право і перспективи”, где аргументировано доказано, что такие преследования нацелены на оправдание военной агрессии против Украины. Также в исследовании «Особливості переслідування мешканців окупованих територій за статтями терористичного спрямування» было установлено, что за 10 месяцев прошлого года Южный окружной военный суд рассмотрел не менее 14 дел об оправдании терроризма в отношении жителей Крыма. Ни в одном случае не были представлены тексты высказываний для независимого анализа их соответствия критериям об оправдании терроризма.