Верховный суд Крыма 31 июля приговорил жительницу Бахчисарайского района к лишению свободы по обвинению в государственной измене на срок в 15 лет с дальнейшим ограничением свободы на 1 год. Данные осужденной не раскрываются, однако год рождения и ряд других обстоятельств позволяют предположить, что речь идет о Виктории Сергеевой, которую похитили летом прошлого года в аэропорту города Сочи при прохождении паспортного контроля после прибытия из Турции.
Согласно сообщению прокуратуры Крыма, судом установлено, что женщина в период с апреля по октябрь 2022 года перевела более 23 тысяч рублей на банковский счет для сбора денежных средств в интересах вооруженных сил Украины. «Подсудимая осознавала, что деньги будут использованы в целях противодействия и нанесения вреда вооруженным силам Российской Федерации». По данным российских правозащитников, доступ к телефону Сергеевой силовики получили, когда она вернулсь из Турции в Россию. В аэропорту Сочи сотрудники ФСБ потребовали показать ее украинский загранпаспорт и увидели печати о посещении Украины, после чего стали изучать мобильный телефон женщины. Силовики заставили Сергееву дать пароли от банковских приложений, после чего показали ей несколько денежных переводов, утверждая, что они были отправлены ВСУ. После этого Сергеева подверглась «карусельным арестам» и незаконному лишению свободы без постановления суда в СИЗО Борисоглебска. После пыток и давления она признала вину, однако в дальнейшем отказалась от этих показаний, настаивая, что не совершала никаких переводов с 2021 года.
Рассмотрение дела проходило с нарушениями требований доступа к правосудию. Так, информация о подсудимом и других сторонах по делу отсутствует на официальном сайте суда. Все восемь судебных заседаний проходили в закрытом режиме под предлогом наличия в материалах дела государственной тайны. Также отмечается нарушение стандарта доступа к справедливому правосудию, который предусматривают обязательное оглашение приговора открыто и гласно — оглашение приговора по этому делу прошло в закрытом режиме.
Кроме того, непредвзятость и независимость судьи, председательствующего в процессе, вызывает обоснованные сомнения, так как приговор выносил судья Виктор Зиньков, который объявлен в розыск, поскольку сам является фигурантом уголовного дела в Украине по обвинениям в государственной измене. Учитывая это обстоятельство он не может считаться беспристрастным и объективным, особенно в делах по обвинению жителей Крыма в финансировании украинских подразделений.
К тому же Виктор Зиньков имеет репутацию ангажированного и зависимого судьи, который неоднократно содействовал органам ФСБ при рассмотрении политически мотивированных дел. В частности, он выступал председательствующим коллегии судей во время судебного процесса в отношении замглавы Меджлиса Ахтема Чийгоза и уже тогда допускал многочисленные процессуальные нарушения. В 2021 году он также возглавлял коллегию по процессу «о подрыве газопровода», который запомнился многочисленными нарушениями процессуальных норм и судебной этики. Судья игнорировал многократные заявления о пытках и похищениях подсудимых и свидетелей, никак не реагировал на хамское поведение сотрудников ФСБ в суде, а также подсказывал правильные ответы во время их допроса стороной защиты. Наиболее ярким примером попустительства стало согласие судьи на присутствие недопрошенного следователя ФСБ во время допроса другого свидетеля (оперативника ФСБ), что позволило следователю уточнить свою позицию перед дачей показаний.
Косвенным признаком зависимости суда и подготовленного заранее решения является время нахождения в совещательной комнате. Суд удалился для принятия решения во второй половине дня и провел там не более 21 часа из которых 15 пришлись на ночное и нерабочее время. Представляется сомнительной способность суда дать всесторонню и объективную оценку всем обстоятельствам по делу об особо тяжком преступлении за такой короткий промежуток времени. Также на предварительно подготовленное решение может указывать срок публикации сообщения о приговоре на информационных ресурсах прокуратуры. Новость с подробностями приговора появилась через 12 минут после завершения оглашения судебного вердикта.
Не менее важным аспектом преследования является информационная кампания в крымских и крупных российских медиа, которая имела признаки однобокой подачи материала о приговоре с точки зрения прокуратуры. Зафиксировано по меньшей мере семь публикаций в местных и федеральных информационных ресурсах, идентичных по содержанию, в которых представлена информация только на основании сообщения прокуратуры, представляющей сторону обвинения. Позиция защиты и подсудимой в публикациях отсутствует. Упоминания о попытках получить от них такую информацию также отсутствуют.
Фото: Виктория Сергеева, авт. «Первый отдел»